zoo.eair.kz

dom.eair.kz

Log in
Мы в соц. сетях
Группа Вконтакте
Twitter
Google +
Facebook
Odnoklasniki

Королева воровского мира: Софья Блювштейн.

Когда-то эта одаренная мошенница заставила говорить о себе весь мир. Среди уголовников времен царской России не было более известной и знаменитой женщины-преступницы, чем она. Тем талантом и изобретательностью, с которыми она подходила к своей «профессии», с ней не могли сравниться даже самые отпетые рецидивисты. «Коллеги» испытывали к ней глубокое уважение: ее любили, ей поклонялись, перед ней заискивали. В миру к ней тоже не было равнодушных: ею либо восхищались, либо ее презирали. За свою жизнь, наполненную невероятным риском, она совершила много «подвигов», расплата за которые была самой, что ни на есть, суровой…

Софья Ивановна Блювштейн, она же Софья Розенбад, Школьник, Рубинштейн, Бренер, известная всем под титулом Сонька Золотая Ручка, была самой загадочной личностью в истории преступного мира Европы. Вся ее жизнь состояла из сплошных обманов и фальсификаций. Даже дата Сонькиного рождения, и та достоверно не известна до сих пор. В сохранившейся краткой автобиографии, написанной ею на каторге, она уверяла, что родилась в 1851 году «в городе Варшаве от родителей мещан иудейского вероисповедания». Но другие документы заставляют перенести эту дату лет на пять назад, а место рождения – в городок Повонзки, Варшавского уезда. Тогда, будущую Соньку, звали Шейндля Сура. Она была дочерью мелкого торговца и ростовщика Лейба Соломоника.

Ее семья не отличалась добропорядочностью. Маленькая Соня (это имя девочка придумала себе сама, так как данное при рождении имя Шейндля ее решительно не устраивало) с детских лет наблюдала в своем доме сбыт фальшивых денег, была свидетельницей многих воровских сделок, а иногда и сама выполняла небольшие поручения скупщиков краденого.

Шейндля росла шустрой, хитрой и цепкой девочкой. К пятнадцати годам она уже закончила школу, прекрасно болтала на польском, немецком, русском, знала идиш, а в семнадцать освоила и разговорный французский. Модная Варшава, где Сонька бывала по торговым делам, именовала тогда себя не иначе как «вторым Парижем». Кроме этого Шейндля обладала музыкальным талантом и прекрасно играла на фортепиано. Говорят, что знаменитое прозвище Золотая Ручка было дано Соньке именно за музыкальные способности, а вовсе не за воровскую виртуозность.Едва девушка достигла брачного возраста, отец по всем правилам выдал ее за бакалейщика из соседнего местечка, Исаака Розенбада. Поначалу Шейндля честно пыталась быть примерной женой и даже родила мужу дочь Суру-Ривку. Однако добропорядочная жизнь ей очень скоро наскучила. То ли она не могла мириться со скупостью своего пожилого мужа, то ли ее заела тоска по иной, более яркой жизни, но через полтора года, забрав дочь и прихватив всю выручку из бакалейной лавки супруга, Сонька скрылась в дальние края. С этого дня мещанка Шейндля Розенбад исчезла навсегда. Появилась легендарная воровка Сонька Золотая Ручка.

 

С добрым утром!

 

Свою «профессиональную деятельность» Сонька начала с мелких краж на железной дороге. Первые ее «дела» были не совсем удачными. В апреле 1866 года Золотая Ручка, сойдя на станции подмосковного города Клин и, прихватив в вагоне третьего класса чемодан своего попутчика, молодого юнкера Михаила Горожанского, по прибытии в гостиницу была задержана полицией. Сделав невинное лицо, она заявила, что взяла чемодан по ошибке, перепутав его со своим. Арестованная так натурально краснела и бледнела, что ее тут же отпустили. Да и юнкер, очарованный своей попутчицей, сразу простил ее – за что был тут же вознагражден в ближайшем гостиничном номере.

Сонька не блистала красотой, но она обладала таким внутренним обаянием, а ее взгляд излучал такую притягательность, что мужчины, пообщавшись с ней даже несколько минут, мгновенно теряли голову и ради нее готовы были буквально на все. Благодаря этому природному магнетизму, которому невозможно было противостоять, от Золотой Ручки не могла уйти ни одна выбранная ею жертва.

Очень скоро Сонька поднялась в мастерстве и из вагонов третьего класса переместилась в купе первого, а вместо убогого содержимого потертых саквояжей небогатых ротозеев, стала иметь тугие портмоне и сумочки из крокодильей кожи. Ее уму и силе духа мог позавидовать любой мужчина, а, кроме того, она была тонким психологом и умела расположить к себе любого встречного. Она разыгрывала блестящие комбинации, ловко уводила деньги и при этом умудрялась не оставлять никаких улик.

Как-то в 1868 году, Сонька, мило беседуя с очередным «случайным» попутчиком, вдруг поняла, что имеет дело с «коллегой». Интуиция Золотую Ручку не подвела, ее клиентом оказался опытный «щипач» Михель Бреннер. Между молодыми людьми, на почве общего дела, тут же вспыхнули чувства и очень скоро они вместе перебрались в Петербург. Обосновавшись в столице, любовники быстро сколотили шайку, состоящую в основном из одесских воров. Сама Сонька и Михель Бреннер поначалу специализировались на том, что «бомбили» чиновничьи дачи в окрестностях Петербурга, но потом перешли к более изощренным методам. Один из них назывался «Гутен морген» или «С добрым утром!».

Метод был настолько же прост, насколько и гениален. Элегантно и безупречно одетая, Сонька останавливалась в лучших отелях города, тщательно изучала планы номеров и присматривалась к постояльцам. Наметив жертву, она незамедлительно шла на дело. Ранним утром, надев войлочные туфли, Золотая Ручка, с помощью отмычек проникала в нужный номер. Аккуратно, без суеты она открывала все ящики, а их содержимое – деньги и драгоценности, складывала в специально принесенный для этого ридикюль. Затем, в случае если жертва продолжала спать крепким утренним сном, так же осторожно покидала номер. Если же постоялец вдруг просыпался, то Сонька, не теряя самообладания, спокойно и уверенно начинала… раздеваться. Полуобнаженная, обворожительная, она направлялась в ванную комнату и, «случайно» обернувшись, вдруг в ужасе «понимала», что «ошиблась номером». Дико «смутившись», она хватала в охапку скинутые на пол вещи, не забыв, при этом о заветном ридикюле и скорее убегала долой. Данный метод был отработан Сонькой до мелочей и, она никогда не покидала номер без добычи. При необходимости, если того требовало «дело», Сонька могла даже переспать с жертвой. Причем, делала это искренне и естественно, что называется с выдумкой и огоньком...

Она никогда не трогала тех, кто победнее, а обворовывала лишь крупных банкиров, ювелиров и зажиточных подгулявших купцов. Мошенница работала чрезвычайно изобретательно и артистично. Даму, разодетую в шикарные меха и золотые украшения, заподозрить было попросту невозможно. Обладая аналитическим умом, блестящей памятью и освоив аристократический этикет, она сумела отточить свое «мастерство» до блеска, став гением аферы. Она не брезговала никакой добычей, но особое предпочтение отдавала золоту и драгоценностям.

 

Издержки «профессии»

 

В 70-х годах Сонька, поняв, что в Петербурге она несколько примелькалась, отправилась в большое международное «турне». Вместе с несколькими подельниками, Золотая Ручка, выдавая себя за русскую аристократку, объехала чуть ли не все крупные города Европы. Сонькина команда работала слаженно и ювелирно, роли были расписаны и заучены назубок. Одни «пасли», другие «замыливали глаз», третьи «раскручивали». Сонька дирижировала, а сама работала по-крупному, «плотно с клиентом».К каждому преступлению она готовилась со всей тщательностью. В ее арсенале было множество приспособлений, необходимых для работы: накладные ногти, куда мошенница прятала мелкие ювелирные камни, туфли со специальными каблуками, к которым «вовремя» прилипали мелкие ювелирные украшения, а для краж в магазинах она имела платье-мешок, в котором мог уместиться целый рулон ткани. Иногда Сонька «выходила на дело» с обезьянкой – пока хозяйка торговалась, зверек проглатывал камни, а дома освобождался от них при помощи клизмы. Она пользовалась гримом, париками, накладными ресницами и бровями, и всегда была ослепительна, неузнаваема и неуловима… При встрече с ней никому и в голову не приходило даже предположить, что на счету этой маленькой хрупкой женщины самые громкие и дерзкие ограбления. Софья неоднократно выходила  замуж и последовательно неустанно меняла фамилии. Это затрудняло установление ее личности, и играло ей только на руку.Репутация Соньки в преступном мире росла с каждым днем. В 1872 году ей предложили войти в самый крупный клуб российских мошенников «Червонный валет», а уже спустя год она состояла в числе его руководителей. Деятельность клуба распространилась на всю территорию России.К тому времени Сонька завела себе очередного нового фаворита – румынского подданного и известного железнодорожного вора Михаила Блювштейна. Золотая Ручка вышла за него замуж, вновь взяла себе новую фамилию, правда ее она уже больше никогда не меняла и числилась по документам, как Софья Блювштейн до конца своих дней. Вскоре у молодой четы родилась дочь Табба, но их брак очень быстро распался. Михаил не мог мириться с изменами жены, которые хоть и были неотъемлемой частью ее профессии, но, по его мнению, случались уж слишком часто. Блювштейн застукивал жену то с каким-то бароном, то с графом, а то и просто с приглянувшимся нищим офицериком, с которого и взять-то было нечего, что супруга особо раздражало. Сонька долго не переживала и с головой ушла в «работу». Она неустанно кочевала из Москвы в Киев, из Петербурга в Харьков, из Кишинева в Нижний Новгород. Успешно проходили и ее регулярные заграничные «гастроли»: Рим, Париж, Ницца, Монте-Карло…

 

Громкие дела

 

Публика любила Соньку. Ее дела обсуждались в толпе, о них писали в газетах – каждое ее преступление становилось сенсацией. В мае 1883 г. в Париже, в магазине фон Меля появилась очаровательная клиентка. Молодая дама представилась женой известного психиатра, владельца очень дорогой клиники и, выбрав лучшие изделия известных французских мастеров на сумму в тридцать тысяч рублей, попросила хозяина подъехать с ними на следующий день в дом ее уважаемого «супруга-психиатра», чтобы получить расчет. Ювелир любезно согласился. В этот же день, та же дама появилась в доме психиатра. Рыдая, она рассказала доктору, что у ее «мужа», ювелира Карла фон Меля, начались очень большие проблемы с головой. Мол, он неустанно всем угрожает и просит вернуть какие-то драгоценности. Женщина слезно попросила поместить своего «мужа» в психиатрическую клинику и тут же щедро оплатила вперед его лечение…

На следующий день, в назначенный час, ювелир фон Мель, как и обещал, приехал в дом психиатра. Любезная Сонька, встретив его в парадной, забрала шкатулку с драгоценностями под предлогом примерки украшений к новому вечернему платью, пригласила гостя в кабинет «мужа» и благополучно исчезла. После нескольких банальных любезностей, ювелир сообщил психиатру, что тот должен заплатить ему деньги за коллекцию драгоценностей. Доктор погладил ювелира по руке и попросил не волноваться. Тогда ювелир, в порыве гнева перейдя на крик, потребовал вернуть бриллианты! Его тут же скрутили санитары и увезли в больницу.

Здесь же, в Париже, случай свел Соньку с госпожой Перет, которая выразила девушке, представившейся провинциальной француженкой, свою симпатию и учтиво пригласила ее посетить свой дом. Опытная аферистка сразу же поняла, что ее новая знакомая – хозяйка фешенебельного публичного дома, а ее, как «неопытную», но молодую и довольно привлекательную девушку пытаются просто-напросто в него заманить. В разговоре, Золотая Ручка с мнимым жаром и довольно правдоподобно обронила, что очень хотела бы позировать какому-нибудь художнику. Хозяйка тут же предложила «Золотой Ручке» знакомство с очень важным клиентом дома.

Оказавшись с ним в комнате наедине, Сонька незаметно подлила старику в вино какое-то снадобье, от которого посетитель вскоре потерял сознание. «Золотая Ручка» забрала все ценное, что нашлось у мужчины, но посчитала, что этого будет недостаточно и решила ограбить остальных посетителей публичного дома. С криком «Умер, умер!» она стала метаться по всем комнатам. Полуголые девицы и их клиенты в панике повыскакивали из своих номеров в зал. За считанные минуты, пока длилась паника, Сонька успела собрать бесчисленное количество бумажников, золотых портсигаров, часов и уже через 10 минут после случившегося, ехала на ночном извозчике в сторону вокзала.

В октябре 1884 года в одесском ресторане Фанкони, астраханский банкир Догмаров познакомился с баронессой Софьей сан Донато. За разговорами она попросила разменять ей ренту в тысячу рублей. Вскоре выяснилось, что милая дама уезжает в Москву вечерним поездом, тем же самым, что и господин Догмаров. Банкир любезно предложил себя в попутчики. Дама, немного пококетничав, милостиво согласилась. В купе первого класса банкир преподнес баронессе коробку французских шоколадных конфет и отправился, по ее просьбе, в буфет за ликером. Как только Догмаров вышел, баронесса, она же Сонька, маленьким шприцем быстро заправила часть конфет снотворным. Под принесенный банкиром ликер попутчики любезно беседовали и ели шоколадные конфеты. Наслаждаясь, делец медленно отправлялся во власть приятной дремы. Утром, крепко выспавшись, Догмаров не нашел ни денег, ни ценных бумаг, на сумму в 43 тысячи рублей.

Приехав в Москву, Сонька решила посетить Малый театр. И вдруг, на сцене, в одном из героев, она узнала своего первого клинского «клиента» Михаила Горожанского. Узнав, что он, бросив военную карьеру, стал ведущим актером Малого, Сонька передала ему огромный букет роз с вложенной в него остроумной запиской: «Великому актеру от его первой учительницы». Правда, не удержалась и к подношению добавила золотые часы из ближайшего кармана. Михаил Горожанский так никогда и не понял, кто разыграл его, и почему на крышке дорогого сувенира было выгравировано: «Генерал-аншефу N за особые заслуги перед отечеством в день семидесятилетия»…

 

Предсказуемый финал

 

Поначалу Соня попадалась на удивление редко, да и в этих случаях ей удавалось выйти сухой из воды. Сонька слыла расчетливой и холодной женщиной, но однажды в ее жизни случилась роковая любовь. Молодой любовник, Вольф Бромберг, полностью подчинил ее себе, привел к каторге а, в конечном счете, и к гибели...

Бромберг, известный в преступном мире, как Володя Кочупчик, был игроком, альфонсом и редкостным негодяем. Двадцатилетний одесский шулер, без памяти влюбив в себя Золотую Ручку, постоянно вымогал у нее крупные суммы денег, которые тут же проигрывал. Сонька, ради его благополучия и комфорта, чаще, чем прежде, шла на неоправданный риск, стала алчной, раздражительной, и, в конце концов, опустилась вновь до карманных краж. Ее скромные «заработки» перестали удовлетворять Кочупчика, и чтобы избавиться от поднадоевшей пассии, ограничивающую его в свободе, он, при первом удобном случае, сдал ее полиции.

Процесс по делу Золотой Ручки шел в Московском окружном суде. Разыгрывая благородное негодование, Сонька отчаянно боролась, не признавая ни выдвинутые обвинения, ни представленные доказательства. Но на этот раз удача от великой авантюристки отвернулась. Суд вынес следующий приговор: «Варшавскую мещанку Шейндлю-Суру Лейбовну Розенбад, она же Рубинштейн, она же Школьник, Бреннер и Блювштейн, урожденную Соломоник, лишив всех прав состояния, сослать на поселение в отдаленнейшие места Сибири». Местом ссылки Золотой Ручки стала глухая деревня Лужки Иркутской губернии. Вскоре ей удалось бежать из Сибири, но только четыре месяца Золотая Ручка наслаждалась свободой. После нового ареста она оказалась в Нижегородском тюремном замке. После продолжительного процесса суд постановил: «Шейндлю-Суру Лейбовну, лишив всех прав состояния, сослать на Сахалин»…

Ее провожала огромная толпа, и даже сам градоначальник пришел пожелать ей счастливого пути. Растроганная таким вниманием, Сонька решила сделать ответный жест и подарила ему карманные золотые часы. Лишь через пару минут мужчина понял, что часы – его собственные! С этого момента для Соньки начались самые тяжелые годы. С Сахалина она бежала трижды. За свой первый побег она попала под постоянный надзор стражников. В 1891 году Софья Блювштейн бежала во второй раз. Поблуждав несколько дней по острову, она случайно вышла на поисковый отряд, которому был отдан приказ стрелять. Из 30-ти выпущенных пуль Соньку не задела ни одна! За этот побег ее приговорили к пятнадцати ударам кнутом и содержанию в одиночной камере. Три года Сонька – единственная женщина за всю историю уголовной России, носила ручные и ножные кандалы и содержалась в сырой одиночной камере с тусклым крошечным окном, закрытым частой решеткой. В середине 1890-х годов, отбыв одиночное заключение, Сонька вышла на поселение. Уже больная, сломленная и ожесточившаяся, она, в последнем порыве отчаяния, вновь рванулась к свободе. На другой день ее нашли в двух верстах от поселка, упавшую без сил. По одной из версий, конвойные переломали ей ребра и, через несколько дней, Золотая Ручка умерла. Правда, некоторые историки утверждают, что после Сахалина Сонька благополучно жила в Москве вместе с дочерьми, которые тщательно скрывали ее от людей. Именно по причине того, что доподлинно неизвестно, где окончила свои дни Золотая Ручка, точное место ее захоронения тоже узнать невозможно. Известны, по меньшей мере, две «Сонькины могилы». Одна из них – на острове Сахалин, в г. Александровск-Сахалинский, другая – в Москве, на Ваганьковском кладбище, где на деньги одесских, ростовских, неаполитанских и лондонских воров ей был поставлен необычный памятник работы миланских мастеров. Под высоченными коваными пальмами стоит беломраморная фигура женщины с воздетыми к небу руками, держащими крест, а внизу крылатый амур играет с цветами. Правда с постамента сначала благополучно исчезло имя погребенной, затем две из трех пальм, пропал крест, амур, руки, а потом, уже в 1990-е годы, и голова «Соньки». Но, несмотря ни на что, это место является культовым в мире криминала. Здесь, по сей день, всегда лежат свежие цветы и венки, на которых написано нечто вроде «Соньке от люберецкой братвы», «Сонечка, мы тебя никогда не забудем!» и записки с просьбами «Помоги, Соня, мы идем на дело» или «Сонечка, помоги в работе мамке с Речного вокзала»…

 

Последнее изменениеВторник, 01 Август 2017 09:45